Французский писатель: меня обстреляли из оружия Франции в Донецке

На Украине, в отличие от ДНР, запрещают разговаривать с раненными детьми, чтобы не дай Бог, он не рассказал правду о своих ранениях.

Об этом на пресс-конференции в Москве заявил волонтер, писатель из Франции Адриан Боке, передаёт корреспондент «ПолитНавигатора».

Підпишіться на новини ПолітикаНавігатор в Яндекс. Дзен, Telegram, Однокласникам, Вконтакте, канали YouTube и Max.
Для підписання на повідомлення в баузерці натисніть тут.

«У нас есть указания с самого высокого уровня, нам запретили говорить и показывать об украинских военных акциях, совершённых «Азовом», во французских медиа. Они сказали, что у них много видеоматериала украинских преступлений, но им запрещено эти материалы распространять.

Я начал понимать, что происходит в моей стране. Я прекратил медицинское волонтёрство. Я начал проводить своё расследование. Через несколько недель я поехал на Донбасс. Я оказался в Донецке. Я провёл расследование, был в больницах, госпиталях. И тут надо уточнить – на Украине мне всегда запрещали разговаривать с детьми и, в частности, говорить с раненными детьми, чтобы они не могли рассказать собственную историю.

Я приехал в Донецк и думаю, как это тут происходит. Я иду в больницу и говорю – могу ли я пообщаться с детьми? Они говорят – да, но нужно спрашивать у их родителей. Спрашиваю у их родителей – могу ли я поговорить с их детьми? Они рассказывают собственную историю, и я начинаю понимать, что на Донбассе нет никакого запрета. Вы можете всё снимать, распространять видеоматериалы.

На Украине нам сказали, что если вы снимаете контрольный пункт, то вы рискуете получить 10 лет тюремного заключения. А в Донбассе никакого запрета на видеосъёмку.

Я попал под бомбардировку в Донецке, чуть не погиб. Мы снимали напрямую эту бомбардировку. Было много погибших, рядом со мною мать с семилетним ребёнком, которые умерли на рынке, куда они поехали за фруктами. Мама и сын погибли, держась за руки. Когда я увидел, что начали падать бомбы, я наткнулся на французскую бомбу. То есть это бомба из французской гаубицы «Цезарь», которая обстреливает центр города, и они убили женщин и детей.

Я возвращаюсь через несколько дней во Францию. Я никакой информации о бомбардировке центра Донецка не видел. Никакой информации о смерти женщин и детей. Они через день погибают в Донецке. Я начинаю сразу понимать, что действует европейский, французский запрет передавать всё, что происходит на Донбассе. И раскрывать для чего используется европейское и французское оружие, которое убивает женщин и детей в гражданской среде, в центре города, где нет никакого вооружения. Я вижу, что европейское вооружение используется для совершения военных преступлений на Донбассе», – констатировал Боке.